О художникеПерепискаВоспоминанияО творчествеГалереяГостевая
Керамида керамическая плитка оптом www.plitkaopt.ru.

Глава восьмая. Страница 2

1 - 2 - 3

В 1904 г. важным событием в жизни Мариинского театра явилось возобновление оперы «Руслан и Людмила», которое подготовлялось еще в 1903 г. при участии Римского-Корсакова, Глазунова, Коровина, Стасова, Направника и других. Была создана особая комиссия, работа которой заключалась в восстановлении оперы Глинки во всей ее чистоте и неприкосновенности1.

В 1906 г. мне были поручены декорации к «Золоту Рейна», в связи с постановкой «Кольца Нибелунгов»2.

«Золото Рейна» привлекало меня своей музыкально-драматической глубиной. В музыкальной драме Вагнера нашло законченное выражение то синтетическое искусство, к которому стремился еще Глюк. В трилогии «Кольцо Нибелунгов», первую часть которой составляет «Золото Рейна», все преисполнено символизма и вместе с тем близко и общепонятно по своей основной идее, утверждающей, что корень всех зол на земле — алчность к золоту. Для художника «Золото Рейна» дает богатейший материал.

Постановка «Золота Рейна» была для меня одной из интереснейших работ. Если не ошибаюсь, новые декорации были встречены публикой сочувственно. «Кольцо Нибелунгов», поставленное полностью, обратило на себя внимание не только всего музыкального мира России — об этой постановке заговорили и в Европе.

К Вагнеру наша публика относилась прежде довольно сдержанно, но «Кольцо Нибелунгов» расположило ее к гениальному немецкому композитору. На постановку «Кольца» смотрели вначале отрицательно даже некоторые музыкальные деятели, например Направник, но впоследствии он стал сторонником этой постановки и охотно дирижировал оперой Вагнера.

Из числа исполнителей должен быть выделен И.В. Ершов, который является, на мой взгляд, лучшим в мире Зигфридом; он же хорош в партии Зигмунда. Превосходным Вотаном был Касторский, партию Зиглинды пела Больска, Брунгильды — М. Фигнер, Куза и Ермоленко. Кроме последних, партию Брунгильды пела также Ф. Литвин, которую дирекция приглашала на гастроли. Остальные исполнители были также на большой высоте. Партии Зигмунда, Миме и Логе исполнял А. Давыдов, Гунтера и Альбериха — А. Смирнов, Альбериха пел также Тартаков; Чупрынников исполнял партию Миме.

В 1905 г. мною было написано несколько портретов: портрет М.Н. Кузнецовой в роли Кармен (он находится в Театральном музее Бахрушина), портрет Воейковой и др.; портрет Шаляпина в роли Мефистофеля (в красном костюме). Последний портрет написан был в одну ночь, с большим напряжением. У Шаляпина было в то время обыкновение превращать ночь в день, а день — в ночь: он выразил желание позировать мне после спектакля, если угодно до утра, но с тем, чтобы портрет был закончен в один сеанс. Пришлось согласиться и писать портрет при электрическом освещении.

Работа шла у меня почти без перерывов, мне хотелось во что бы то ни стало окончить ее, и это удалось, но помню, что устал я ужасно, и когда я клал последние мазки внизу картины и нагибался, с меня буквально лился пот, стекая со лба на пол, до такой степени я изнемог.

Обращаясь к общему характеру театральной жизни 1905—1906 г., нужно заметить, что на ней заметно отразились события 1905 г. Революционные настроения сказывались, между прочим, и в тех демонстрациях, какие происходили то в одном, то в другом театре. Например, в октябре, после объявления манифеста, в Мариинском театре, на представлении «Лоэнгрина», раздался возглас: «Долой самодержавие!» и из ложи стали кидать в партер стулья. Поднялась невероятная суматоха: офицеры вынули шашки, штатские пустились в бегство, разбежался и оркестр во главе с Направником.

Приблизительно то же самое, но в более спокойных формах произошло в Александрийском театре па представлении «Не все коту масленица». Постоянные волнения происходили среди театральных служащих, обращавшихся к дирекции с различными требованиями, большею частью экономического порядка; иногда эти выступления приобретали характер политического протеста.

Весьма пестрый характер носил в те годы репертуар Александринского театра: продолжали идти пьесы Невежина, Крылова, Трахтенберга3; наряду с ними удавалось ставить пьесы Ибсена, Чехова и вещи классического репертуара. В постановке некоторых из этих пьес мне удавалось принимать участие. Так, в 1905 г. мне были заказаны декорации к пьесе Ибсена «Дочь моря». Премьера была дана в ноябре в Михайловском театре. По замыслу Теляковского, эта постановка была пробой провести спектакль без участия премьеров Александрийского театра, поручив все роли молодым артистам. Главную роль исполнила артистка Раевская, которая была крайне огорчена тем, что мой эскиз костюма не соответствовал ее ожиданиям; она представляла себе платье совсем другим и была так расстроена несоответствием костюма с ее предположением, что устроила сцену директору, разразившись слезами.


1 За шестьдесят лет со времени первой постановки оперы Глинки в партитуре было сделано множество купюр, которые требовалось восстановить («раскрыть»), а кроме того, эта жемчужина русского оперного искусства нуждалась в более современном художественном оформлении.
2 В действительности премьера «Золото Рейна», первой оперы из тетралогии Р. Вагнера (остальные — «Валкирия», «Зигфрид» и «Гибель богов») состоялась в Мариинском театре 27 декабря 1905 г.
3 Этих авторов злободневных пьес-однодневок современная критика называла «драмоделами».

1 - 2 - 3


Столовая в доме Дон Жуана (Головин А.Я.)

Кащей (Головин А.Я.)

Испанка в черной шали (Головин А.Я.)

 
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Александр Яковлевич Головин. Сайт художника.